Курсовой 20, 30, Летит как курьерский поезд. Лодка идет совсем рядом. Они тоже жить хотят. Слышат они лучше нас, все рассчитали, а сейчас давят, пугают. Курсовой 90, , Тишина в центральном, лица побледнели. Боцман держать глубину 40 метров. Акустиков трогать не нужно, они сейчас крутят пеленгатор, стараются. Курсовой ноль, 10 правого борта, 20, 30, Рядом, совсем рядом, если не под нами. Пугают, пусть пугают, тут главное не пугаться, они тоже жить хотят. На Накате просто огромное количество сигналов. Вот и АУГ идет. Донес на флот, что обнаружен АУГ пассивными средствами и вниз, на глубину, 27 узлов, в ту сторону, где так много нужных нам сигналов, пошли четвертые сутки поиска. Опять все гремит и грохочет. Где там эта лодка, пусть сунется, раздавим, размажем. Нам то, не страшно, все равно ничего не слышим. Для читателя эти слова, а нам про такое думать некогда, нам авианосец нужен. Опять всплытие, поднят Накат. Они в другой стороне. Всплываем, АУГ опять поменял курс и далеко он от нас, а перед нами какое-то чучело. Ночь не разобрать, Опять бежим. Да наша старая знакомая, лодка, от нас не отстала, рядом где-то. Мы в одну сторону бежим, она всплывает и на АУГ доносит о нас. Они уже веселятся, смеются над нами. Удивляются нашей тупой настырности. Солнце встает, а мы еще и глаз не смыкали. Все кто не вахте спят на боевых постах. Сон проходит, щеки горят, сейчас говорят это адреналин. Глубина 20 метров, поднять перископы, глубина Да их у нас два, на одном осназовец фотоаппарат приспособил. Мы в самом центре ордера. Слева 30, фрегат Нокс, дистанция 10 кабельтовых. Прямо по носу еще один. Справа 60, вот он громадный, серый, борта высоченные авианосец. Давай Серега фотографируй его, все что есть. Щелкает фотоаппарат, я радио диктую на флот, что нашли, догнали, вот он рядом. Там обрадуются, начнут на картах закорючки рисовать. Думают, что я теперь как положено каждые 4 часа буду им доносить точное место. Пора вниз, фрегат слева, мало ему вертолета, на нас повернул. Следуем в ордере, но под водой, тем же курсом как и АУГ, скорость 12, а они , отстаем. Разгонимся, а они в противоположную и разошлись как в море корабли.

Да и некуда нам сейчас торопиться. Подготовлено радио для передачи, опять всплываем. АУГ уже далеко, 10 миль. Погружаемся и опять бежим. Пятые, шестые сутки, нам уже район расширили почти до Малакского пролива. Все валятся с ног, разговаривать трудно. Догоняем, готовим радио, отходим для передачи, передаем, опять догоняем и передаем каждые 4 часа. Пока на седьмые сутки АУГ не вышел из района. Все теперь спать, всем спать, кроме вахты. Да и пора в базу, срок автономки закончился. Молодцы моряки - экипаж. На то она и служба морская. Понимает, что трудное это дело, авианосцы гонять, жалеет людей. Люблю я эту работу. Из глубины идет домой.

лодка рассказ

Победить полдела, еще доложить нужно толково. Поэтому документы готовим, как маневрировали, как скрытность блюли, как атаковали. Все как надо, но опять попадет Не додумал, компромисса нет. Всплыл бы под буи, подразнил немного и снова спрятался. Опять же наш ОБК заблудился, вместе с комэском. Надводные корабли идут правее изобаты метров ближе к берегу, мы мористее, левее изобаты метров. Ну что проще, идешь, замеряешь глубину эхолотом. Если на кораблях показывает глубину метров и более, отверни вправо, ближе к берегу, не заходи за метровую изобату. Или пришёл ты на обед: Вестовой подаёт тебе суп из семи залуп перловых круп. Начинаешь елозить в нём ложкой. Для всплытия подводной лодки без хода! Ебучие акустики полынью нашли, значит.

Разбегаешься по боевым постам. Час ловите эту полынью, она, насмехаясь над вашей косорукостью и никчёмностью перед Природой, от вас успешно съёбывает. Третьей смене на вахту заступить! Второй смене на вахту заступить! Понятно, что дадут тебе на всё минут пятнадцать Бредёшь в кают-компанию, а там тараканы в твоём остывшем супе уже третий чемпионат мира по водному поло проводят. Ну о чём тут ещё можно думать, как не о том, как бы мне подрочить? Только об этом, естественно. Сейчас про интимную обстановку жизни подводников. Офицеры живут, в основном, в каютах по четыре человека. Мичмана и матросы - от шести до восьми. То есть в каюте один ты не бываешь никогда. Сменяешься ты, например, с вахты, пьёшь чай и бредёшь в свою каюту в надежде, что уж два-то часа тебе точно дадут поспать. В каюте сидит турбинист Игорь и играется на пентиуме своём в F или электрик Рома и смотрит "Легенды осени" по видимомагнитофону. Каюты в море никогда не закрываются. Он дрожал, в шерсть его набился мусор, глаза покраснели от усталости и слез. Мальчик засмеялся, потом заплакал и опять засмеялся. Мурзик подполз к Рувиму и лизнул его в пятку - в последний раз попросил прощения. Тогда Рувим раскупорил банку тушеной говядины-мы звали ее "смакатурой"-и накормил Мурзика. Мурзик сглотал мясо в несколько секунд.

Чудесная лодка — рассказ Геннадия Яковлевича Снегирёва

Потом он лег рядом с мальчиком, засунул морду к нему под мышку, вздохнул и засвистел носом. Мальчик укрыл Мурзика своим пальто. Во сне Мурзик тяжело вздыхал от усталости и потрясения. Я думал о том, как, должно быть, страшно было. Я понимал испуг и усталость Мурзика. После этого случая Мурзика наказали. Рувим нашлёпал его и привязал к забору. Завидев кого-нибудь из нас, он начинал подметать хвостом пыль около забора и виновато поглядывать в глаза. Но мы были непреклонны — хулиганская выходка требовала наказания. Мы скоро ушли за двадцать километров, на Глухое озеро, но Мурзика не взяли. Когда мы уходили, он долго визжал и плакал на своей верёвке около забора. Нашему мальчику было жаль Мурзика, но он крепился. На Глухом озере мы пробыли четыре дня. На третий день ночью я проснулся оттого, что кто-то горячим и шершавым языком вылизывал мои щёки. Купили мы ее еще зимой в Москве, но с тех пор не знали покоя. Больше всех волновался Рувим. Ему казалось, что за всю его жизнь не было такой затяжной и скучной весны, что снег нарочно тает очень медленно и что лето будет холодным и ненастным. Рувим хватался за голову и жаловался на дурные сны. То ему снилось, что большая щука таскает его вместе с резиновой лодкой по озеру и лодка ныряет в воду и вылетает обратно с оглушительным бульканием; то снился пронзительный разбойничий свист — это из лодки, распоротой корягой, стремительно выходил воздух, и Рувим, спасаясь, суетливо плыл к берегу и держал в зубах коробку с папиросами. Страхи прошли только летом, когда мы привезли лодку в деревню и испытали ее на мелком месте, около Чертова моста. Десятки мальчишек плавали около лодки, свистели, хохотали и ныряли, чтобы увидеть лодку снизу. Лодка спокойно покачивалась, серая и толстая, похожая на черепаху. Белый мохнатый щенок с черными ушами — Мурзик — лаял на нее с берега и рыл задними лапами песок. Это значило, что Мурзик разлаялся не меньше, чем на час. Лодка спокойно покачивалась, серая и толстая, похожая на черепаху. Белый мохнатый щенок с черными ушами - Мурзик-лаял на нее с берега и рыл задними лапами песок. Это значило, что Мурзик разлаялся не меньше, чем на час. Коровы на лугу подняли головы и все, как по команде, перестали жевать. Бабы шли через Чертов мост с кошелками. Они увидели резиновую лодку, завизжали и заругались на нас.

Рассказ "Резиновая лодка" К. Г. Паустовский

После испытания дед, по прозвищу "Десять процентов", щупал лодку корявыми пальцами, нюхал ее, ковырял, хлопал по надутым бортам и сказал с уважением:. Но страхи не прошли. У лодки появился новый враг - Мурзик. Мурзик был недогадлив, и потому с ним всегда случались несчастья: Но больше всего Мурзик изводил нас лаем и попытками сгрызть все, что ему попадалось под руку. В кустах орут скворцы. Они улетели от морозов к тёплому морю. На телеграфных столбах сидят коршуны; нахохлились, поджидают, когда скворцы вылетят из кустов. Подальше на лугах щиплют траву дикие гуси, казарки. На рисовых полях живут водяные черепахи с мягким панцирем и оранжевым брюхом. Шея у черепахи длинная, чтобы за мальками охотиться под водой. Море мелкое, можно далеко уйти, вода чуть выше колена. На берегу стеной стоит тростник выше человеческого роста. В тростнике кабаны пробили узкие тропы. На озере растёт лотос и рогатый водяной орех - чилим. В озере отражаются клочки южного неба, синие-синие, как султанские курочки. Как ни тепло в Ленкорани в январе, а султанские курочки ушли дальше на юг, где ещё теплее. Иногда налетит северный ветер, пойдёт снег, птицы заволнуются, загалдят, потянутся на юг розовые стаи фламинго. Утром выглянет солнышко, снег растает. В Талышских горах ореховые леса чернеют под синим небом. Ночью в ореховой чаще загремит иглами дикобраз, сычик крикнет на вершине дуба. Сычик увидел, как тигр бесшумно идёт по оленьим следам. Вобрал когти, и лапы стали мягкие, как подушки. Не треснет под тигриной лапой сучок, не зашелестит сухой лист. Я слыхал, в Аральском море так много рыбы, что, если сапог бросить на дно, а потом вытащить, бычков набьётся полный сапог. Поезд мчался в пустыне. И справа барханы, и слева. Растут на барханах бурые колючки - и большие, как зонтики, и круглые, как плюшевые подушки, шевелятся на ветру, ползут Это не колючки, а верблюжьи горбы. За зиму верблюды отощали, верхушки горбов свесились набок и покачиваются. Между шпалами на тонких стебельках цветут маки. Поезд мчится над ними - маки прижались к земле. Промчится последний вагон - опять подняли головки. Кто-то бросил в окно косточку, мелькнула промасленная бумага. Тазы на лету схватила косточку и съела. Они не знают, что борзая Тазы, с подтянутым животом, тонкими ногами, десятки километров пробежит в пустыне за антилопой и сайгой и не устанет. В Аральске во дворах стоят верблюды.

Над глиняными заборами одни головы верблюжьи видны и верхушки горбов. Верблюд смотрит сверху и жуёт жвачку. Если за глиняной стеной есть верблюжонок, верблюд может плюнуть, близко не подходи. На верблюдах здесь возят саксаул на дрова.

лодка рассказ

За Аральском рыбачий стан на берегу. Верблюды, тяжело ступая, тянут невод. Над костром вода в котле кипит. Скоро будет уха из морских сазанов. Одного сазана еле поднимешь, а в неводе их сотни, только верблюды могут столько вытянуть. Когда уху поели, один рыбак рассказал, как он встретил тигра в тростниковых джунглях в дельте Амударьи. Лодочка в берег ткнулась, смотрю - лежит на берегу и на меня глядит, не шевелится, только кончик хвоста играет. У меня от страха волосы шапку на голове подняли. Хотел шестом лодку оттолкнуть - боязно Так и остолбенел, не шевельнулся, пока лодку на быстрине не унесло. И сомов мне не надо - только скорее домой! С тех пор без ружья в тростники не хожу рыбачить. А сомы в Амударье громадные. Рыбак его на спине тащит, а хвост у сома в пыли волочится. Такое чудище диких уток глотает. На берегу под камнями сидят скорпионы, и ещё в песке нашёл я раковину окаменелую: Раковине этой миллионы лет. Раньше, очень давно, на месте пустыни было море. Если поискать, зубы акул найдёшь. Каждый зуб величиной с ладонь. Коричневый, острый и по краям зазубренный, как пила. Вечером над пустыней, на том месте, где солнце потухло, зажёгся зелёный луч. Чёрный песчаный смерч закрутило столбом. Всё ближе, ближе несётся Верблюды как увидели этот столб, сразу легли. А то налетит, закружит, поднимет и бросит на землю. У входа в нору валяются дикобразьи иглы. Длинные, мягкие, как волосы, - из спины.

лодка рассказ

Твёрдые, острые - из хвоста, и на песке следы. Подошёл охотник и всё веником замёл: На другой день вернулся охотник к норе и видит: Был дикобраз, да недолго, чуть свет ушёл из норы. Притаился охотник - дикобраз чуткий зверь. Пошевельнёшься, звякнешь ружьём - издалека услышит и не скоро вернётся в нору. Всю ночь прождал охотник дикобраза. Под утро ветер поднялся, небо осветилось над горами, жалобно завыли шакалы. А дикобраз не пришёл. Пока шёл по дороге, думал: Может быть, на бахчу за дынями? Небось на бахче все дыни обнюхал, самую сладкую выбирает. Может, в фисташковую рощу пошёл за орешками? А дикобраз не за дынями на бахчу ходил, не в фисташковую рощу за орешками, а в ущелье, где из скалы родник бьёт. Тонкой струйкой вода холодная из-под камня струится и пропадает в песках. Пришёл дикобраз к водопою, а там стадо куланов пьёт воду. Напились, а за ними - антилопы-джейраны.

  • На что ловить сазана на донку
  • Рыбалка в тюмени купить
  • Как берет наживку лещ
  • Отчет рыбалке на сейме
  • Пьёт, пьёт - никак напиться не может. Дикобраз в сторонке стоит, да только иглами гремит, злится: Только дикобраз к воде подступил, вдруг куропатки-кеклики закричали: Так и не успел напиться дикобраз. Затрещал дикобраз иглами, загремел, как погремушкой, колючим хвостом и пошёл в свою нору. По дороге росу с листиков слизывает, сочные корешки выкапывает и ест. В фисташковой роще в траве орешки собрал, поел, а скорлупки в кучку аккуратно сложил и пошёл к норе. Насторожился дикобраз, стал принюхиваться, носом ветерок ловить: Осмотрелся дикобраз и отправился в другую нору за дальние холмы. Залез туда и задремал до вечера. Охотник дома на ковре сидит, из пиалки чай пьёт, на ружьё поглядывает и думает: Да только забыл он, что дикобраз не хитрый, а умный зверь и что настоящий охотник у дикобразьей норы веник не оставит. В большом котле кипит хлопковое масло. Повар бросает в масло рыбу и вынимает её с поджаристой золотистой корочкой. Сначала я поел рыбы, походил по базару. Чего только тут не продают: Одни светятся, как небо в полдень, синие, лазурные. У других красноватый узор, третьи - с зелёными листиками, такими, как весной распускаются на деревьях тутовника. Я так и сделал. По бокам улицы росли карагачи деревья. Ствол толстый, прямой, а наверху - будто шар подстриженный. Но их никто не стриг. Это они так растут. Дошёл я вдоль арыка до старой мечети. А там сидит узбек. Рукава рубашки по локоть засучены, и крутит гончарный круг, из куска глины делает большое блюдо. В мастерской печь стоит, разные горшочки для красок. На полке камни разноцветные. Я потом узнал, что их перетирают и краску делают для росписи посуды. Гончар ногой гончарный круг вертит, и из большого куска глины у него то большое блюдо получается, то кувшин. В углу большая печка жаром пышет. В печке много прогоревших углей, только чуть-чуть вспыхивает пламя. Стал я ему посуду из сырой глины подавать. А он быстро стал всю посуду в печку укладывать. Потом печку закрыл, руки вымыл в ведре с водой и говорит:. Принесла она на большом блюде большущую жёлтую кисть винограда, крупного и сладкого, только каждая виноградина немножко сморщена. Мы пили чай, а узбек рассказывал, что и дед его, и прадед - все были гончары.

    лодка рассказ

    И он - гончар. Зовут его Ахмет Усто. Усто - значит мастер. Вот виноград у нас всю зиму и висит. Сколько ему нужно воды, столько он и берёт. А теперь, - говорит, посмотри-ка на моих бойцовых баранов-качкаров. Вышли мы во внутренний дворик, а там толстый карагач растёт. Он молча затащил лодку в лопухи, велел мне не пускать соседских ребят и уехал в город за блёснами. Я сел у окна и стал смотреть, как по лодке бегает трясогузка. Потом трясогузка улетела и к лодке подошли соседские ребята:


    2017 © l-nina.ru / Для рыбаков - онлайн журнал о рыбалке